Общее·количество·просмотров·страницы

четверг, 18 июля 2013 г.

Народный банк ждет вас


Народный банк ждет вас
Фото: mnenia.zahav.ru

Основу израильской банковой системы составляют несколько больших банков; 5 банков – "Леуми", "а-Поалим", "Дисконт", "Мизрахи тфахот" и "а-Бейнлеуми а-ришон" владеют 94% капиталов коммерческих банков; деятельность крупнейших израильских банков за границей больших доходов им не принесла, несмотря на большие инвестиции там…
Это цитата из опубликованного на днях отчета инспектора над коммерческими банками Дуду Закена. Не знаю, сколько времени и сколько рабочей силы потратили, чтобы провести проверку и прийти к такому заключению, мне понадобилось несколько минут беседы с А., заместителем заведующего отделения банка, в котором я храню свои деньги, чтобы понять о наших банках все.
Пару дней назад я заскочил в банк забрать чековую книжку. Народу было немного – я решил задать несколько вопросов А., заместительнице заведующего отделением.
После того, как лет 15 назад я пережил глубокую травму, оказавшись в "минусе" из-за непредвиденных расходов, я взял за правило всегда иметь на текущем счету некую сумму денег. Я сказал себе: 20 тысяч – это мой ноль. 19 тысяч 999 шекелей на счету – это я "минусе". Когда я спускаюсь ниже установленной мной черты – я бью тревогу и прилагаю все усилия, чтобы исправить положение: не еду в отпуск за границу, откладываю покупку более "навороченного" телефона, беру работу на выходные и проч.
Можно понять, что любая попытка снять с моего счета без моего ведома и согласия любую сумму денег выводит меня из себя. Я обратил внимание, что в последнее время банковские сборы за ведение моего счета ("амлот") резко возросли, хотя мои "покупательские" привычки не изменились. Что-то тут не так.
Я зашел в кабинет к А. (ее полное имя хранится в моем компьютере) и спросил:
- С недавних пор вы начисляете на мой счет проценты за "плюс" и тут же снимаете определенную часть в пользу налогового управления…
- Таков закон, - мгновенно отпарировала А.
- Погодите, я еще не сформулировал свой вопрос. Оба эти действия вы записываете в мой счет – значит ли это, что, согласно вашим правилам, вы в конце месяца снимаете с меня по два шекеля за каждую из этих строк?
Не спешите называть меня крохобором: подумаешь – 4 шекеля! Сейчас поймете, кто из нас крохобор, я или банк. За десятки тысяч шекелей, которые постоянно находятся на моем счету, банк ежемесячно насчитывает мне 0 (ноль), точка, 76 шекелей. Повторяю: 76 агорот. И тут же снимает в пользу казны 11 агорот. И аккуратно записывает. И если за два эти действия с меня снимают 4 шекеля (400 агорот) – то по-моему - это грабеж.
Так снимает или нет с меня банк 4 шекеля за эти несчастные "доходы"?
- Нет, - отвечает А. – За два эти действия не снимаем.
- Я обязан вам верить?
- Конечно. Почему вы мне не доверяете?
- Потому что вы здесь все время ищете способ надуть меня.
- Неправда!
- Правда, правда. Два месяца назад ваша служащая уговорила меня получить кредитную карточку, соблазнив тем, что обходиться она мне будет всего в 10 шекелей в месяц – в то время как прежние карточки стоят 25 шекелей. Сказала, что она дешевая, потому что банк будет снимать с моего счета деньги не раз в месяц, а при каждой покупке. Имея на счету "хронический" плюс, я не увидел в этом ничего плохого, никакого подвоха не заподозрил. Но вы забыли упомянуть, что каждую мою покупку вы теперь вписываете в счет как акцию и берете себе каждый раз по два шекеля! Я совершил покупки в супере на 80 шекелей – они обошлись мне в 82 шекеля. Я купил билет в театр за 100 шекелей – на деле выложил 102 шекеля, заправил машину на 150 шекелей – и здесь вы "нагрелись" за мой счет на два шекеля. Выдав мне кредитную карточку, вы сняли с меня определенную сумму. Если сейчас я ее вам верну – вы опять снимете с меня деньги…
Здесь заместительница А. впервые испытала неловкость.
- За возврат карточки платить не будете, - заверила она.
- Я вам не верю. Несколько лет назад ваш служащий уговорил меня установить "кредитный лимит" ("мисгерет ашрай" – размер долга, в который я могу влезть без того, что мне тут же станут накручивать громадные проценты). Я ответил служащему, что в долги не влезаю вообще, он не отставал, сказал, что Кнессет принял закон, каждый теперь обязан иметь такой "лимит". Я подписал бумагу – только чтобы он отстал. На следующий день банк снял с меня 100 с лишним шекелей за то, что предоставил "кредитный лимит". Я чертыхнулся по себя и решил забыть об этом. Но не тут-то было! Первого числа следующего месяца с меня опять сняли сто с лишним шекелей! Я помчался в банк: "За что?" – "За кредитный лимит". – "Вы что – каждый месяц будете снимать с меня такую сумму за лимит, которым я не собираюсь пользоваться?" – "Таков порядок". – "Немедленно отмените".
Спорить не стали, отменили. Но в начале следующего месяца опять сняли сто с лишним шекелей – в последний раз, за предыдущий месяц, потому что я отменил пятого числа, а по их правилам часть месяца считается за полный месяц – как на автостоянке часть часа идет за полный час.
В начале года на мой счет вложили чек, в котором по ошибке написали "2012 г." Такое нередко бывает в начале года. Получилось, что чек просрочен. Так банк аккуратно внес мне на счет сумму, потом снял ее по причине "просроченности чека", оштрафовал меня на 15 шекелей, а в конце месяца снял еще 4 шекеля за две записанные строки. Я могу перечислить не один десяток таких фокусов, которые они проделывают со мной регулярно.
Задал я "банкирше" А. еще один вопрос:
- Вам не кажется это издевательством – начислять мне 76 агорот за десятки тысяч шекелей, которые я вам ссудил?
- Что поделать – учетная ставка сейчас низкая…
- Но почему вы забываете о низкой учетной ставке, когда наоборот – выдаете ссуду? Лет 10 назад, покупая машину, я взял у вас ссуду в 5 тысяч шекелей. Через год вернул 6 тысяч. И это не считая 150 шекелей, которые вы сняли с меня в первый же день "за оформление ссуды". Вы каждый месяц удерживали с меня сто с лишним шекелей за выданные 5 тысяч – а мне бросаете несчастные 76 агорот за десятки тысяч? Должно же быть какое-то подобие пропорций.
- Такие у нас правила, - говорит А.
Здесь она права. Такие правила установили владельцы банка – с согласия законодателя, который любит вмешиваться во все. Перед тем как уйти, я задал последний вопрос:
- Учитывая, что много лет я предоставляю в ваше распоряжение десятки тысяч шекелей – не готовы ли вы взвесить возможность отменить свои сборы -"амлот"?
- Отменить совсем нельзя, а возможность снизить – мы рассмотрим.
- Но я слышал рекламу другого банка, который не взимает такие сборы…
И здесь А. выдала фразу, которая выдала мне с головой и ее, и ее начальников:
- Нет такого банка. Все взимают – не напрямую, так косвенно…
И она права. Она знает то, чего никак не могут понять ни государственные инспекторы, ни наши многомудрые законодатели, которые день и ночь пекутся о нас, рядовых гражданах: существует негласный картель банков, и они будут обирать нас, соревнуясь между собой только в способе и в каверзах.
Возмущению моему нет предела. Я чувствую свою беспомощность перед лицом банков.
Неужели нельзя ничего сделать? Неужели мы, простые люди, отданы полностью во власть банкиров, которые без зазрения совести залезают в наши карманы?
Я полагаю, что таких как я – людей, не влезающих в "минус" – немало. Мы содержим эти банки, которые не способны заработать на зарубежных инвестициях, которые выдают громадные не возвращающиеся ссуды магнатам. Их основные доходы – это наши с вами деньги.
Мы обязаны что-то предпринять. Нет смысла митинговать, кричать на площадях, разбивать палатки. Правительство нам помочь не в силах. В лучшем случае мы его скинем, и на его место придет точно такое же, а то и еще хуже. А в худшем – заварится каша, как в соседних с нами странах.
Мы пойдем другим путем. Я предлагаю покинуть банк, перейти в другой.
Но в какой?
В Первый народный банк. Который еще не существует, но который мы с вами и создадим. Он будет принадлежат тем, кто хранит в нем свои сбережения, кто перечисляет в него свою зарплату (или пенсии и пособия). В нем не будет больших сборов – потому что не будет директоров со стотысячными окладами и владельцев с многомиллионными дивидендами, которые они начисляют себе в награду за то, что не могут делать правильные инвестиции, за то, что выдают не возвращающиеся ссуды знакомым магнатам.
Когда одному из клиентов нашего банка понадобится ссуда – он получит ее на неграбительских условиях. А те, с чьих денег эта ссуда будет выдана – получат справедливый процент.
Никому ничего навязывать не будем. Разделим клиентов на три группы: те, кто не хотят, чтобы из их денег выдавали ссуды; те, кто готовы выдавать ссуды за небольшие проценты; и те, кто готов рискнуть и вложить деньги за больше проценты – с учетом того, что можно их и потерять.
Использовать деньги клиентов для игры на бирже можно только с их письменного согласия. Смысл этого правила: если банк разорится из-за неудачных вложений, те клиенты, которые не давали такого согласия, первыми полностью получат свои вклады. С другой стороны – они не будут пить шампанское с теми, кто рискнул – и выиграл. Справедливо.
Давайте действовать. Соберемся, утвердим устав, откроем собственный банк. И я хочу видеть того чиновника, который посмеет помешать нам открыть свой банк. Я хочу видеть того депутата, который не побежит отменять законы, которые затрудняют открытие нового банка.
Если этот мой призыв останется гласом вопиющего в пустыне – что ж – значит, мы заслужили того, что нас беззастенчиво грабят.
Свяжитесь со мной – и мы приступим к делу. Докажем себе, что мы не стадо глупых овец, позволяющих себя стричь.
yuramedia@gmail.com
*********
Эта статья в настоящий момент обсуждается на ивритоязычном форуме "А-интеллектуалим а-хадашим" ("Новые интеллектуалы")


Комментариев нет:

Отправить комментарий